Исследование смысло-физиологических паттернов личности в психологии и медицине

В статье «Мировоззренческая травма и синдром жизненного истощения» (см. настоящий сборник) представлен новый взгляд на роль мировоззренческой травмы в формировании психосоматических нарушений и аддикций. Диагностика различного вида зависимостей является актуальной проблемой аддиктологии. Можно выделить два неравноценных аспекта этой проблемы: в первом варианте страдающая личность сама обращается к специалистам за помощью, во втором — зависимость либо не осознается в полном объеме, либо тщательно скрывается от значимой части социального окружения. В этом случае достоверная диагностика может быть первым шагом на пути избавления от развивающейся зависимости.

Наш подход в чем-то можно считать альтернативным сложившейся практике формальной регистрации профессиональных и личностных качеств человека, а также его аддикций с помощью бланковых методов психологической диагностики. Низкая эффективность существующих методов очевидна, она соответствует уровню «психологических гороскопов». Проективные методы обладают большими возможностями для диагностики, но ограничены явным субъективизмом заключений. Причина такого плачевного положения объясняется отсутствием измерительного инструмента, адекватного измеряемым структурам и процессам. В этом кроется одна из основных причин кризиса научной психологии.

Создан инструмент — проективно-аналитический комплекс (ПАК) «ЭГОСКОП», позволяющий достоверно измерить смысло-физиологические паттерны личности, включая различные аддикций. Приводим некоторые существенные сведения о принципиально новом методе диагностики — эгоскопии (лат. ego «я» + греч. skopeo «исследовать»).

Понятие «эго» (лат. ego «я») известно многим, а термины эгоизм, эгоцентризм распространены даже в быту. Эго рисуют и фотографируют, о нем говорят, пишут книги, издают журналы, ставят спектакли, снимают фильмы. Эго измеряют. Известны разобщенные по времени и способу методики религиозной, нравственной, психологической, полиграфической и медицинской диагностики разнообразных проявлений эго.

В результате научно-практической работы создан способ неразобщенного измерения составных элементов эго — эго-скопия. Знаменитый принцип: nosce te ipsum — познай самого себя, — стал реальностью благодаря появлению современного измерительного инструмента, не имеющего аналогов в мире.

Эгоскопия — принципиально новый метод инструментальной диагностики целостного человека. Подобно тому, как разные исследования (УЗИ, рентген, эндоскопия, томография и др.) помогают врачу увидеть то, что скрыто внутри, эгоскопия позволяет увидеть и измерить то, что не только не видно, но даже не предполагается. Это конкретные зависимости здоровья личности от своего характера и характера окружающих его людей, от внешних физических и/или информационных воздействий, от тех или иных продуктов питания и т.п.

Эгоскопия позволяет выделить конкретную причину страданий и физиологических нарушений из большого количества предполагаемых патогенных факторов. Подобно тому, как микробиологический анализ мазка позволяет найти конкретного возбудителя инфекции, эгоскопия помогает достоверно определить причинную зависимость здоровья от чего-то и/или кого-то.

Обоснование эгоскопии. Метафора: «Человек — это сосуд, наполненный жизнью». В нем много разных, в том числе и скрытых «маленьких «я» — эгоистиков (эголов — по новой терминологии), например: я-родитель, я-мать (отец), я-сын (дочь), я-профессионал, я-здоровый, я-больной и т.д. Каждый эгоистик руководит своей частью общей телесности, своей частотой пульса и дыхания, своей активностью гормонов и т.д. Каждое «я» имеет свою «голову» и эгоистичную мотивацию. Каждое маленькое «я» заявляет о своем желании, а их интерактивное общение определяет содержание разговоров внутри «большой головы» — это интуитивистская логика выбора какого-либо решения. По классической логике «или-или» человек действует и вновь включает логику многих «я», чтобы оправдать или осудить свершенное действие.

Наши эголы общаются между собой, спорят и согласовывают очередность выступления на сцене жизни, действуют, а потом оценивают друг друга по простому принципу: «согласовали» (хорошо) — «поругались» (плохо). Это нормальные внутренние монологи и диалоги. Проблемы начинаются тогда, когда какой-то один или группа маленьких эгоистов «завоевывают власть» и становятся внутренними диктаторами в ущерб другим «я». Бесполезные споры эголов напрягают энергетический обмен личности. Это напряжение мешает жить, постепенно приводит к хронической усталости, затем к психосоматическим заболеваниям, неврозу, депрессии, другим физическим страданиям и болезням.

Теперь это можно диагностировать с помощью технологии измерения ассоциативных образно-графических эквивалентов визуализированных и/или вербализованных заданий. Эгоскопия применяется в Поликлинике № 1 РАН и ГосНИИИ военной медицины МО РФ для научных и практических целей.

Назначение ЭГОСКОПА

Проективно-аналитический комплекс ЭГОСКОП предназначен для автоматизации проведения экспериментальных исследований личности с использованием проективных методик с синхронной регистрацией физиологических сигналов.

Данный метод исследования является синтезом самодокументированного варианта проективных методик с использованием специального графического планшета, подключаемого к компьютеру и метода инструментальной детекции лжи (полиграфии) с использованием различных физиологических сигналов (ЭЭГ, ЭКГ, КГР, ФПГ, дыхание, ЭМГ). Метод базируется на совместном анализе трендов физиологических показателей и параметров поведенческой деятельности при выполнении конкретных заданий диагностических сценариев специальной ручкой с перьевой насадкой на обычном листе бумаги (привычная технология для любого испытуемого), который кладется на электронный графический планшет.

В качестве параметров поведенческой деятельности используются количественные показатели, рассчитываемые на основе трендов перемещения пера по бумаге и степени давления на перо (распознается до 256 градаций степени давления на перо), а также латентные периоды задержки перед выполнением задания и перед переходом на следующее задание. Результаты, получаемые с помощью системы, помогают врачу определиться с внутренними проблемами пациента, которые могут существенно снижать качество его жизни и приводить к заболеваниям. ПАК реализован в виде дополнительных программных модулей, используемых в составе программного обеспечения «Реакор», ориентированного на проведение процедур функционального биоуправления на основе биологической обратной связи (БОС).

При проведении исследований испытуемый рисует или пишет слова и цифры с помощью подключаемого к персональному компьютеру электронного планшета Wacom Intuios3 и специальной ручки Intuos3 Ink Pen (ХР-110). Текст заданий показывается испытуемому в специальном окне монитора. Программное обеспечение позволяет включать в сценарии исследования наряду с текстовыми инструкциями еще и речевые инструкции, чтобы пациент не отвлекался на чтение. При тестировании осуществляется синхронный съем данных по 3-м осям: X (ЭЭГ), Y (КГР, ЧСС, РД, ОМЭГ и др.), Z (нажим и движение ручки). После автоматической обработки данных осуществляется трехосевое представление результатов измерения ментального (X), телесно-вегетативного (Y) и социально-этического (Z) векторов у испытуемых.

Указанный метод позволяет оценить и представить структуру внутриличностного конфликта после психологической травмы и/или информационного воздействия, структуру рассогласования Я-структур, как причины невроза и/или неадекватного поведения, структуру и значимость аддикций — склонностей, пагубных привычек, межличностную и профессиональную согласованность, ложь I и II рода — сознательную и неосознаваемую (ритуальную) ложь.

Возможными сферами применения данного подхода являются: диагностика неосознаваемых доболезненных состояний, синдрома жизненного истощения, выявление неосознаваемых проблем социальной, профессиональной и личной жизни, более осознанный выбор при профориентации и профотборе, оценка степени лояльности к сотрудникам коллектива, выявление возможных зависимостей (наркомания, алкоголизм) или склонностей к ним, выявление возможной связи с криминальными структурами и пр.

Таким образом, метод может оказать существенную помощь в работе
• психологов, психиатров, психоневрологов, психоаналитиков, наркологов,
• работников правоохранительных органов и силовых структур,
• кадровых служб, занимающихся отбором претендентов по эксклюзивным профессиям, ключевых фигур на предприятиях, профессионалов, занимающихся сложной операторской деятельностью, неправильные действия которых могут привести к очень большим финансовым и другим потерям (операторы атомных станций и других энергопредприятий, космос, авиация, транспорт, диспетчеры, химическая промышленность и пр.).

Технология исследования

Исследование цроводится на базе заранее заготовленного сценария, выбираемого из библиотеки сценариев. Содержание исследования определяется структурой выбранного сценария. Действия, ожидаемые от испытуемого, предъявляются ему в виде текста на экране монитора, стоящего перед ним.

После завершения короткого фонового этапа, в течение которого идет статистическое накопление фоновых физиологических показателей, начинается предъявление заданий в рамках проективных методик. На первом этапе испытуемому предлагается попробовать что-либо порисовать на планшете, чтобы он мог освоиться с технологией работы. Затем пациенту предъявляются те или иные задания, которые он должен выполнять, например, испытуемый должен написать какое-то количество слов, пришедших ему в голову или нарисовать образ, представляющийся ему по заданному слову и т.д.

Более подробное описание структур поставляемых сценариев приведено в «Методических рекомендациях по сценариям исследования», прилагаемых среди других документов к Эгоскопу. Приводим первые результаты по некоторым из возможных вариантов предъявления заданий.

Результаты исследований на ПАК «ЭГОСКОП»

В процессе реальных исследований (40 человек в возрасте от 30 до 70 лет) были проверены диагностические алгоритмы, заложенные в программное обеспечение Эгоскопа. Для верификации результатов использовалась послетестовая беседа для уточнения и сравнения полученных данных с фактическими компонентами социальной, профессиональной и личной жизни испытуемых. Обязательное условие — конфиденциальность беседы. Данный способ верификации выбран по двум причинам: во-первых, из-за отсутствия аналогичного метода исследований; во-вторых, из-за этического запрета на выдачу заключений, полученных с помощью нового метода.

В исследовании применялись классический «Тест незаконченных предложений», состоящий из 60 стимулов и авторский эго-тест, состоящий из двух этапов по 30 стимулов в каждом. На первом этапе тестирования испытуемому на мониторе предъявлялось 30 ролевых стимулов и предлагалось нарисовать образ каждого из них. На втором этапе — написать несколько слов, характеризующих образ (символ), созданный испытуемым на первом этапе на листе бумаге и зафиксированный в памяти компьютера с помощью электронного планшета.

В процессе послетестовых бесед мы удостоверились в 100%-ном совпадении полученных результатов с реальной жизненной ситуацией испытуемых; кроме того, при помощи Эгоскопа у части испытуемых были выявлены такие проблемные зоны, которые явно не осознавались ими и, одновременно, существенно влияли на качество их жизни. В конкретных случаях неожиданные «находки» позволяли человеку расширить представление о себе и своих внутренних проблемных сферах. Например, на рис. 1 хорошо видно, что структура «я-профессионал» значимо выделилась из группы остальных стимулов. В послетестовой беседе испытуемая «Ф» неожиданно осознала, что ее соматический дискомфорт появился на новом месте работы и явился следствием новых требований к профессиональным навыкам.

Рис. 1. Структура «Я - профессионал» — красный шар в верхней левой части рисунка

Анализ записей графического изображения физиологических процессов, происходящих у человека во время тестирования, позволил судить об уникальных особенностях вегетативных реакций испытуемых на индивидуально значимые для них стимулы. Выявлена феноменология, которая требует проведения дальнейших исследований: у каждого конкретного испытуемого регистрировались реакции разных каналов на разно значимые для них стимулы. Например, у испытуемого N на стимул «а» отреагировало дыхание, на стимул «б» произошло изменение кожно-гальванической реакции (КГР), на стимул «в» — альфа-ритма; у испытуемого NN на стимул «а» отреагировала огибающая электромиография, на стимул «б» произошло изменение дыхания и КГР, на стимул «в» — альфа-ритма ЭЭГ и т.п. Возможно, что данный феномен известен в классической полиграфии. Мы, не специалисты в области лай-детекции, предварительно расценили выявленную тенденцию как потенциальную возможность регистрации и стандартизации уникальных «смысло-физиологических паттернов личности».

Анализ физиологических показателей помог нам получить предварительные результаты по выявлению лжи I и II порядка (по классификации Г.П. Юрьева), т.е. сознательную ложь и неосознаваемую (ритуальную, виртуальную и т.п.) неправду. Их физиологические признаки характеризовалось неодинаковой рассогласованностью каналов, что наглядно было продемонстрировано на экране исследовательского монитора. Надо отметить, что реакция организма на сознательную ложь (человек преднамеренно фальсифицирует ответ) заметно отличается от реакции на ложь II порядка (вопрос теста сформулирован таким образом, что испытуемый, отвечая на него, излагает не реальную суть, а свои фантазии по поводу конкретного смысла). Наш первоначальный вывод, который требует специального исследования, таков: различия в физиологических эквивалентах лжи при исследовании с помощью Эгоскопа носят нелинейный характер и проявляются разными по размеру и направлению рассогласованиями (дисперсией) каналов. Например, при сознательной лжи оно более выражено, чем при ритуальной неправде, но при хорошо структурированной сознательной лжи дисперсия каналов уменьшается до 0. На начальном этапе работы с Эгоскопом данный аспект распознавания лжи ориентирует внимание аналитика на специальное составление процедур тестирования.

Выявление преднамеренной фальсификации ответов (ложь I порядка) созданным нами прибором оказалось весьма эффективным, о чем свидетельствует приведенный ниже пример: испытуемой «А» было предложено в исследовательских целях дважды выполнить задания «Теста незаконченных предложений». Причем, в первом варианте ей предлагалось отвечать на все вопросы правдиво, во втором же варианте ей была поставлена задача преднамеренно сфальсифицировать несколько ответов так, чтобы это было скрыто от исследователя. В процессе послетестовой обработки результатов и беседы с испытуемой все семь фактов преднамеренной лжи были выявлены. Обратную связь о том, что данный ответ действительно лживый, испытуемая давала лишь после того, как факт фальсификации ответа был выявлен исследователем визуально по изменениям физиологических трендов.

На двух последующих рисунках (рис. 2 и рис. 3) хорошо видно рассогласование каналов при спонтанном появлении и формировании ложного сообщения в мыслях испытуемой, а также изменения этого рассогласования при графической вербализации сформированного ложного сообщения.

Рис. 2. Рассогласование каналов при обдумывании
спонтанной фальсификации (слева, переходит за середину экрана)
и ее графической вербализации (справа)
ответа на незаконченное предложение
«Супружеская жизнь кажется мне ... невыносимой»

Рис. 3. Рассогласование каналов при обдумывании
спонтанной фальсификации (слева, занимает больше половины экрана)
и ее графической вербализации (справа)
ответа на незаконченное предложение
«Моя мать и я … ненавидим друг друга»

Аналогичный эксперимент был проведен в отношении эго-теста «Самоидентификации». Испытуемой «А» было предложено дважды ответить на вопросы теста (нарисовать и написать). При этом в первом случае она получила задание давать правдивые ответы, во втором же случае — лживые. В послетестовой беседе испытуемая отметила, что ей весьма трудно было давать заведомо лживые ответы. В некоторых случаях это были графические антиподы ответам из «правдивого» варианта (30%), в остальных случаях — спонтанные рисунки и слова, которые, по словам обследуемой, «трудно назвать лживыми». Однако при выполнении «лживого» варианта у испытуемой на протяжении всего теста отмечалась вегетативная реакция, характерная для реакции на ложь I порядка. Это доказывает ее желание преднамеренно фальсифицировать ответы. Но, в отличие от «Теста незаконченных предложений», который является вербально-графическим и где существует реальная возможность исказить ответ фразой, смысл которой не соответствует реальной ситуации, — в образно-графическом тесте «Самоидентификации» произошло иное. Выяснилось, что как бы преднамеренно сфальсифицированные ответы фактически несли в себе такую информацию, которую в послетестовой беседе испытуемая, к своему удивлению, интерпретировала как правдивую. Приведем примеры двух рисунков из «лживого» варианта, один из которых являлся графическим антиподом рисунку из «правдивого» варианта, а другой — спонтанным, ассоциативным. Например, рисунок, сделанный после предъявления ролевого стимула «Я — подчиненный», в «правдивом» варианте представлял собой два прямоугольника, меньший из которых находился под большим. В «лживом» варианте испытуемая изобразила графический антипод, в котором маленький прямоугольник теперь уже был над большим. Со слов испытуемой, она, представляя себя в роли подчиненной, идентифицировала себя с маленьким прямоугольником, а своего бывшего руководителя — с большим. Давая «лживый» ответ, испытуемая не задумывалась над смыслом, побудившим ее нарисовать подобный рисунок. Однако в послетестовой беседе этот смысл ей стал понятен. Испытуемая пояснила, что, будучи подчиненной, она осознавала себя «на голову выше» своего руководителя и соблюдала лишь внешнюю субординацию.

На рисунке из второго примера был изображен автомобиль. Он являлся спонтанной ассоциацией на предъявленный ролевой стимул «Я — безработный». Из послетестовой беседы выяснилось, что, будучи безработной, испытуемая посещала Центр занятости населения на своей машине, но парковала ее так далеко, чтобы никто в Центре не узнал о ее личном автомобиле.

Приведенные примеры из «лживого» варианта теста «Самоидентификации» можно интерпретировать так: испытуемой не удалось преднамеренно сфальсифицировать символические (рисуночные) ответы на индивидуально значимые смыслы по принципу «свое подсознание обмануть невозможно».

Тестирование нескольких испытуемых по такой же схеме дали аналогичные результаты: значимые темы выводят на планшет ассоциативно связанные пиктографические антиподы. Данный феномен согласуется с принципом минимального контраста Мак-Нейла (McNeil, 1970): ассоциация двух элементов будет наиболее высокой, когда эти элементы образуют минимально контрастирующую пару, т.е. контрастируют по одному признаку. Дополнительно к этому: из того, что антонимы имеют высокий коэффициент ассоциативной связности (коэффициент Нобла), вытекает, что антонимы фактически гораздо ближе по содержанию друг к другу, чем случайно взятая пара слов (Петренко, 1989). Наше предварительное заключение о том, что вегетативно-пиктографическая фальсификация ассоциативных образов фактически невозможна, требует специального исследования.

Диагностические возможности Эгоскопа экспериментально подтвердили теоретическую модель Бейтсона о «двойном зажиме» как источнике шизофренного поведения, неврозов и/или психосоматических нарушений. Суть её в том, что если модели социально антиподных качеств по каким-либо причинам не разделились в онтогенезе, то личность испытывает крайнее напряжение при совершении самых обычных действий: для антонимичных ролей у нее работает один и тот же алгоритм обработки информации.

На двух рисунках (рис. 4) испытуемой «Д» хорошо видно, что социальные антиподы «оптимист» и «пессимист» оказались рядом, а не разнесены в пространстве так, как это логически предполагается. У этой испытуемой подобная картина зафиксирована для антиподов «взрослый» и «ребенок», «здоровый» и «больной», «лживый» и «правдивый». Послетестовая беседа вывела пациентку на новый уровень понимания причины своих проблем, привела к желанию измениться самой.

Рис. 4. «Я — оптимист» (вверху) и «Я — пессимист» (внизу)
— красные шарики расположены рядом в левом нижнем квадранте

Заключение

1. На основании приведенных данных можно утверждать, что Эгоскоп – это принципиально новый измерительный инструмент для проведения достоверных биосоциальных исследований.
2. Открыта перспектива для развития нового теоретического и прикладного направления исследований в психологии и медицине, это: эгология, эгоскопия и эготерапия, включающие в себя достоверную инструментальную диагностику смысло-физиологических паттернов личности.

Литература

1. Х.Аппигнанези Р., Зарате О. Психоанализ в иллюстрациях / Пер. с англ. М.: Психоаналитическая ассоциация, 1996.
2. Бейтсон Г. Экология разума. Избр. ст. по антропологии, психиатрии и эпистемологии / Пер. с англ. М.: Смысл, 2000.
3. Варламов В.А. Детектор лжи / ГУВД Краснодарского края. Краснодар: Советская Кубань, 1998.
4. Джеральд Р. Уикс, Лучиано Л"Аббат. Психотехника парадокса. М.: Маркетинг, 2002.
5. Юрьев Г.П., Юрьева Н.А., Лебедь ЕМ. Виртуальная этика здоровья и страданий человека. Тр. Центра виртуалистики. Вып. 25. М.: Наука, 2004.